Неподражаемый мастер. Марк Захаров — об Олеге Янковском

Он много снимался в кино, но считал своим главным театром Московский «Ленком», где проработал 35 лет, вплоть до своей кончины.

Олег Янковский показывался мне в Саратове. Этот город, надо сказать, вообще вызывает доверие количеством талантов, которые оттуда родом. Вспомнить хотя бы Олега Павловича Табакова.

Олег Иванович играл князя Мышкина. Он нашел свою тональность — в то время, как остальные артисты существовали в одной тональности, были созвучны друг другу, он существовал по-своему, отдельно. Не думаю, что это шло от режиссера, скорее, от него самого. И он каким-то едва уловимым нюансом убедил меня в верности такого решения роли.

Красив, статен, высок, выразителен — он имел почти гипнотический контроль над залом.

Это, если хотите, моя некоторая уязвимость, но я убежден, что хороший артист должен обладать гипнотическими способностями, приковывать внимание, контролировать зал, не теряться, а чувствовать себя хозяином

Свое восхождение к высотам он начал, конечно, раньше (еще до Москвы), когда с Роланом Быковым снимался в фильме «Служили два товарища». Эти съемки не прошли даром — от работы с Быковым, человеком с большим воображением, Олег Иванович взял очень много.

А в нашем театре первым делом он был брошен в музыкальный спектакль «Автоград XXI». Музыка — не сильная сторона Олега Ивановича, но надо — так надо. Он подобрал себе подходящий по тональности и темпу речитатив, а в моменты, когда надо было вступать или замолкать, кто-то из музыкантов щипал его в спину.

В спектакле «Революционный этюд» у нас появлялся Ленин с лицом Янковского — мы сознательно пошли на такой прием, не гримировали артиста. И здесь снова он подчинял себе зал, существуя в сложнейших обстоятельствах.

Дальше мы поставили «Диктатуру совести» по пьесе Михаила Шатрова. Янковский спускался в зал, к зрителям, и приглашал их к размышлениям о происходящем. Единственное, я его просил не отдавать зрителям микрофон, потому что некоторые любили почитать стихи, которые быстро перерастали в поэму.

На тот спектакль приходил и Борис Николаевич Ельцин. Он как раз тогда сказал: раньше казалось, что всё просто, эта перестройка, которую мы затевали, а на практике — трудно и сложно.

Евгений Леонов, Николай Скоробогатов, Юрий Колычев и Олег Янковский в спектакле «Диктатура совести», 1986 год

В «Чайке» Олег Иванович играл Тригорина — столичного писателя, импозантного, хорошо одетого и постепенно начинающего деградировать, превращаться в обывателя. Он набивал щеки ватой, деформировал лицо, в сцене с Ниной Заречной, когда она говорит: «Если тебе когда-нибудь понадобится моя жизнь, то приди и возьми и ее», он почти сходил с ума, доходил до гротеска. А в финале, после слов Дорна: «Константин Сергеевич застрелился», он больше всего боялся, что подумают на него как на причину этого поступка. И в этот момент проявлялась вся его нескладная трусость.

В «Женитьбе» у Янковского была роль одного из женихов — несчастного человека, неуверенного в себе. И он в этой работе выводил такие гротесковые вещи, тонкие, едва уловимые психологические нюансы. И становилось понятно: вот — неподражаемый мастер.

Олег Иванович был уже нездоров, когда сказал мне: зрители стали замечать, что мне плохо и тяжело на сцене, пожалуй, не стоит играть так много. И я его понял, хотя в «Вишневом саде» он все же делал робкие попытки репетировать Гаева. Мне пришлось уступить его просьбе.

Я иногда говорю своим артистам: «Мы играем в намоленных стенах, где были Леонов, Пельтцер, Вовси». Так вот Янковский вошел в один ряд с теми, кто преобразил и усилил наше театральное могущество. Он наполнил это пространство своей энергией

Олег Иванович подарил мне много радости, снимаясь в моих фильмах — «Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен», «Убить дракона». Григорий Горин сомневался, хватит ли у Янковского юмора, заразительности для Мюнхгаузена. Хватило. А в «Обыкновенном чуде» он тонкими средствами доносил мысль — он не Карабас-Барабас. Сочиненные им герои получали свободу и начинали жить помимо его воли.

Олег Иванович оставил очень яркий и емкий след в нашей жизни. В дополнение ко всем своим талантам он был невероятно красив. При бороде, в белоснежном костюме, в фильме «Мой ласковый и нежный зверь» — именно так выглядит кумир женщин. А у меня же сохранились благодарные и счастливые воспоминания о совместной работе.

23 февраля в Московском «Ленкоме» в память о Янковском сыграют «Шута Балакирева». В этом спектакле Олег Иванович исполнял главную роль — Петра Первого, за что по праву был удостоен Государственной премии России.

новости cегодня

источник публикации: Итар Тасс

дата публикации ..2019

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


Рассылки Subscribe.Ru
Венгрия и СМИ
Подписаться письмом

   facebook